Соц сети

31.01.2012

...Я работала тогда в Русском фонде в Государственной Публичной библиотеке (с недавних пор почему-то переименнованной в Российскую Национальную - видимо, кто-то посчитал название "публичная" слишком фривольным для крупнейшей библиотеки России). работа - физически тяжелая: за одну съемку мы должны были отыскать по шифру и принести на обработку в среднем по 20 экземпляров книг, а книги эти были разные, преимущественно старые. Кто видел старинные книги, тот знает, какие они тяжелые, в массивных переплетах, немало было и очень больших по формату книг... До 5 кг экземпляр! И все их надо было отыскать, на руках (техники никакой не предусматривалось) принести и оформить для выдачи. С этой тяжестью приходилось прыгать по шатким лестницам, скрипучим галереям, в общем, что нас тогда держало на этом месте - так это возможность беспрепятственного доступа к любой книге фонда.
Работа та еще, плюс ко всему нам приходилось помнить огромное количество шифров наизусть, чтобы легче находить книги - ведь на одну съемку отводилось полчаса, пока все не снимешь - не уйдешь. Остается только восхищаться Крыловым, который, по легенде, знал на память местонахождение почти любой книги в своей библиотеке.
Вечером оставались работать только двое девушек. Площади фонда были огромные, поэтому часа за два мы постепенно начинали гасить основной свет, оставляя только одну лампу в проходе. И вот тогда появлялся ОН. Беспокойный Библиотекарь.
Он старался не попадаться на глаза, но несколько раз я видела мелькнувшую полу его черного плаща.... Он помогал искать нужные книги - вытаскивал их чуть-чуть из ряда, иногда даже ронял на пол. Иногда я слышала скрип половиц за спиной, но, оборачиваясь, не могла его засечь. Иногда замечала, что на какой-нибудь дальней галерке горит свет, хотя точно была уверена, что только что выключала там все лампы... И тогда, вздыхая, поднималась на четвертый этаж по узкой и крутой винтовой лестнице - это он так шутил... видно, ему было порой скучно бродить между миллионов старых и новых книг...
Один раз я даже услышала какое-то неразборчивое бормотание за своей спиной, уловив только слова "на третьей галерее"...
Перебрав в памяти всех известных нам директоров Публички, мы сошлись на мнении, что это был дух Оленина.
Доброе было время...