Соц сети

31.01.2012

С противным скрипом перо сломалось. Поморщившись, окидываю комнату взглядом и замираю: солнечный луч прорезает в воздухе золотистую дорожку, освещает вытоптанный ковер, отчего тот кажется совсем выгоревшим, играет на створке гардероба. Свет совсем такой же, как тогда…
«С наивным восхищением девочка, лет пяти отроду, оглядывает только что полученный подарок – черное острое перо с золоченой каймой. Солнце скользит по нему, почти так же игриво, как в пламенных волосах девчушки. Аккуратно отложив перо в сторону, она в который раз возвращается к уже истрепанному пергаменту; на нем зелеными чернилами короткая записка, этот почерк с красивыми заглавными и мелкими острыми прописными буквами она узнаёт безошибочно – отец.
В другой раз она залюбовалась бы ровными строчками, так нечасто посещавшими поле ее зрения, и в который раз твердо решила бы посвятить жизнь каллиграфии, однако сейчас в золотой, немного растрепанной со сна головке вертится единственная мысль:
“Он приедет! Приедет уже вечером – и на целых три дня!”»

И почти сразу:
«…Закатное солнце окрасило голову невысокого изящного мужчины в ало-оранжевый цвет, пошутило с его темным плащом – теперь он кажется лиловым. Дочь уже было рванулась к нему, но тут обнаружила, что отец ведет за руку еще одну девочку. Она чересчур худощава для своего возраста, и солнце, будто жалея ее, не касается белоснежного платьица, трогательно болтающегося на тощих плечиках, золотистой кожи, чернильных волос, перехваченных белой же лентой и сияющих почему-то серебром. Мужчина призывно машет рукой, но ребенок не обращает внимания – она околдована созерцанием темноволосой сверстницы. Ей вдруг кажется совершенно неуместными свои нелепые полотняные штаны, растрепанные волосы и просторная туника, испещренная пятнами, за которые мама постоянно ругает ее.
Голос отца овладевает детским вниманием, девочка пулей срывается с места…»