Соц сети

31.01.2012

Глава 3. Во всем виноват сон?

Каждый раз. когда кто–нибудь вспоминает о техниках лишения человека сна, у творческих личностей загораются глаза. Более всего будоражит воображение финал: известно, что большинство из попробовавших сократить время сна до четырех часов в сутки бросили эксперимент через один–два года, потому что им стало нечего делать в освободившиеся часы. Человек, бодрствующий в неурочное время, должен быть занят. Приступая к экспериментам со сном, многие преследуют довольно скромные цели: закончить наконец ремонт в квартире, заняться зарядкой по утрам. Однако после двух лет ежедневных попыток провести с пользой лишние пять–шесть часов все шкафчики и краны в доме починены, самоучитель английского языка прочитан, а многострадальный ремонт доведен до конца.
Возникает вопрос, что делать дальше. И большинство экспериментаторов спокойно укладывается спать, оставив себе из часов, отвоеванных у сна, только лишние 15 минут на зарядку. Человек творческой профессии, разумеется, не такой! Ему всегда мало времени, потому что планов и великих идей у него миллион. Казалось бы – научиться не спать, и все будет хорошо! При этом никто не думает о том, что сокращение фазы сна – дело тонкое и опасное.
Чтобы регулярно высыпаться за три–четыре часа в сутки, нужно быть очень дисциплинированным и выполнять множество правил! Любое отступление может привести к нарушениям сна или серьезным психическим расстройствам, но главное – в абсолютном большинстве случаев в этом нет никакой необходимости!
Один из самых заметных следов, который оставила в моей жизни болезнь, – большая потребность в сне. Даже в хорошие времена, когда мое самочувствие заметно улучшается, я сплю по восемь–десять часов в сутки! Это не мешает мне успевать выполнять все запланированные дела. У меня бывают очень непродуктивные дни, когда я обнаруживаю, что проснулась пять часов назад, но еще ничего полезного не сделала. И, естественно, сон тут ни при чем! Скорее наоборот: чаще всего такое происходит: если я не выспалась «реабилитировать» сон очень просто: достаточно записать все, что сделано за день, с указанием потраченного времени. Как лучше всего вести хронометраж, подробно описано в пятой главе. Забегая вперед, скажу только, что при первой попытке большинство экспериментаторов получает плачевный результат! Если из всех часов, проведенных в состоянии бодрствования, вычесть охваченные в записях, останется время, потраченное неизвестно на что. Чаще всего в первый раз неохваченными остаются от четырех до восьми часов в сутки (или даже больше). Испугавшись, все начинают искать «утечки»– и находят их – записав время, проведенное в транспорте по дороге на работу и домой, в ванной комнате утром и вечером, но даже нахождение этих очевидных вещей не заполняет пробелы полностью. В среднем после всех подсчетов остается четыре–шесть «пропавших» часов в сутки. Найти эти часы и потратить их на осмысленные действия гораздо проще и безопаснее, чем отвоевывать их у сна.

Глава 4. Во всем виноват отдых?
Занявшись учетом времени, многие вскоре начинают жадничать. Сидя с друзьями за чашкой чая, они просчитывают в уме, сколько полезных вещей можно было бы успеть за эти драгоценные минуты. Многие совершенно теряют способность расслабиться и говорят фразы вроде: «За это время я мог бы три раза помыть посуду или пять раз протереть полку над рабочим столом». При этом смысл эксперимента вовсе не в том, чтобы потратить каждую секунду на работу! Более того, со временем становится ясно, что настоящая дисциплина означает не только отрабатывание рабочих часов, но и отдых, и переключение на другие занятия.
Всем известно, что отдых повышает продуктивность. Если уж говорить о максимальной хозяйственности или даже жадности, легко подсчитать, что выгоднее вовремя и правильно отдыхать, чем пытаться обойтись без этого. Способность человека концентрироваться. быстро и эффектив но работать не отвлекаясь проверена бесчисленным множеством тестов. Примерно через восемь–девять часов работы над похожими задачами продуктивность резко падает. Именно поэтому рабочий день почти везде составляет восемь часов: дальнейшее продолжение работы все больше превращается в пустую трату времени и денег. Самый убыточный из всех вариантов – лишать себя сна на сутки или более. Взрослому человеку нужно нормально спать по восемь часов в сутки в течение недели, чтобы компенсировать убытки, нанесенные ему за 24 часа без сна. Соответственно, лишив себя сна на одну ночь, мы снижаем свою продуктивность на неделю.
Опыт показал. что. отработав 24 часа без перерыва. человек в среднем успевает немногим больше, чем если бы он очень собранно и продуктивно поработал дважды по восемь часов. между этим хорошо отдохнув и поспав. Выигрыш при непрерывной работе минимален. В основном полученные результаты работы «разбавляются» тем, что уставший мученик рассеян, он совершает больше ошибок, выбирает, не подумав менее эффективные пути и стратегии. При этом ущерб, наносимый здоровью, очень велик!
Но дело даже не в необходимости отдыха. Я наблюдала множество попыток вести учет времени, организовать себя и свой труд и сама прошла через этот эксперимент. Настоящие успехи в этом деле обычно сопровождаются необъяснимым феноменом. Когда время учтено, «утечки» найдены, эффективность растет, в день удается вместить все больше и больше дел и, казалось бы, должно стать легче, жизнь вдруг начинает казаться человеку адом. Успев все на свете, я не почувствовала себя счастливой. Я превратилась в загнанного зверя, совершенно не способного расслабиться. Даже в часы, отведенные для отдыха, я была напряжена и подвержена стрессу. Именно этот стресс внес немалый вклад в то, что я в результате угробила свое здоровье. И с ним мне пришлось бороться первым делом. Когда я попыталась начать жизнь сначала. Только добравшись до вершины и скатившись вниз, я поняла, что учет времени нужен вовсе не для того, чтобы все успеть, а для того, чтобы осознать. Трезво увидеть свои возможности и планы такими. какие они есть на самом деле.
В какой–то момент я ясно увидела, каков максимум того. что я могу сделать, и приняла это как данность. Я также увидела еще десятки дел, которые могла бы силой впихнуть в свой день, но стало ясно, что это снова сделает меня несчастной, и я отказалась от целого ряда результатов в пользу душевного спокойствия. В этот момент из моей жизни исчез стресс связанный с работой и планами, и, кстати, продуктивность от этого значительно возросла. Я поняла, что Любищев не просто «все подсчитал» – он стал счастливым, потому что благодаря своему эксперименту вырос Духом. В полной мере осознать, что такое час жизни, мысленно разделить его на все возможные дела и доллары в час, а потом без капли сожаления потратить его на ничегонеделание – вот она, настоящая свобода.
Мелочное подсчитывание минут, раскладывание порывов души по полочкам – безусловно, занятие, убивающие всякое вдохновение. Осознать настоящую цену времени, а потом спокойно решить, сколько своих ресурсов отдать творческим поискам, реализации проектов или отдыху от них, – все это, наоборот, ему способствует.